«…но и ленинградцы и это все победили, и выстояли, и сохранили Ленинград от всех невзгод…»: история защитника Ленинграда, горьковчанина Владимира Ионова

Я помню его веселым… с невероятно живыми глазами, в которых неизменно искорки. Сижу у него на коленях, мы собираемся на День военно-морского флота, а он шутит: «Распустила Лена косы, а за нею все матросы».

Когда не стало деда, я была ребенком. Но то, что запомнилось, оставило в сердце след, и его доброта, его неизменное радушие были очень важны для меня тогда. А сейчас, когда я знаю историю блокады, Дороги жизни, это стало еще важнее, потому что я видела рядом с собой человека, прошедшего через ужас и сохранившего самое ценное – душу, умение любить.

«От ветерана войны, балтийца, защитника блокадного Ленинграда с первых дней и до полного снятия блокады Ионова Владимира Владимировича и от жены блокадницы Ионовой Клавдии Ивановны, которая девчонкой всю блокаду проработала на заводе токарем, была на оборонных работах, заготавливала для цеха дрова, в марте месяце добывая их от старых пирсов из-подо льда, а в 1942 году работала на очистке города от снега, чтобы не было эпидемии после страшной зимы 1941-1942 гг.…»

Письма деда хранятся в нашей семье, и по ним, а также по рассказам дяди, я смогла отследить путь балтийца Владимира Владимировича Ионова, горьковчанина, который так и не смог расстаться с Ленинградом, городом, который защищал, куда вернулся уже после окончания войны, в котором прожил всю оставшуюся жизнь и где похоронен. Он не любил рассказывать о войне, но я попробую.

В июне 1941 года дед был курсантом учебного отряда Балтийского флота. Ему было 20. А в октябре этого года уже в составе бронекатеров реки Невы он получил тяжелое ранение под Ивановскими порогами, на переднем краю обороны Ленинграда, где шли кровопролитные бои.

А дальше снова были бронекатера. Я помню, как дед рассказывал, что времени на сон почти не было, и как-то раз, когда была пересменка, уже без сил он лег буквально, где стоял, а проснулся с примерзшими к палубе волосами.

«После ранения продолжал служить и воевать в отряде бронекатеров Невы.

Лето 1942. Нас два катера – 212 и наш 323 взяли в оперативное подчинение Штаба Ленинградского фронта от Смольного по подготовке переброски 2-ой ударной армии на Ораниенбаумский плацдарм. После Штаба фронта нас передали в оперативное подчинение Ленинградского ОВРа и бросили опять под Ивановский пятачок.

Осень 1942. От ОВРа несли дозор под Петергофом, сопровождали караваны, по фарватеру глубокой осенью в конце ноября нас отправили в Финские шхеры в тыл финских островов к острову Лавенсаари во временное подчинение укрепрайона острова.

Весна 1943. Пришли в Ленинград, где нас опять отправили во временное подчинение ОВРа, где мы несли дозор в заливе, обстреливали побережье, вызывая огонь на себя, чтобы подавить огневые точки. Сопровождали караваны, подводные лодки, уходившие на задание. В это время я был уже мотористом на 213 катере.

В 1944 году нас бросают на Чудское озеро. Там мы несли дозорную службу против Тарту, Пярну под эстонским берегом, вступали в бои с немецкими катерами, несколько потопили, дрались с самоходными баржами, на которых было очень много автоматического огня».

Из наградного листа Ионова Владимира Владимировича: «В ночь на 13 июля 1944 года в морском бою с катерами противника на Чудском озере в районе Доможирка старший краснофлотец Ионов В.В. показал себя храбрым, находчивым бойцом. На своем боевом посту он обеспечивал требуемую маневренность, что способствовало победе над численно превосходящим противником. Благодаря сообразительности и сноровке т. Ионова было быстро устранено повреждение, нанесенное противником в машинном отделении.

За проявленное мужество и находчивость т. Ионов достоин правительственной награды медалью «За отвагу».

Командир 25 Отдельного дивизиона катеров Краснознаменного Балтийского флота, капитан 3 ранга А. Аржавкин».

«1945 год. Нас погрузили на платформы и отправили по железной дороге под Кенигсберг, где я принимал участие во взятии города с 6 по 9 апреля, а 9 апреля по реке Прегель, морскому каналу, освобождая его, пошли в Балтийское море. Наконец, 25 апреля – высадка десанта на Военно-морскую базу г. Пиллау с залива Фриш-гаф. Взяли Пиллау, пошли дальше с залива освобождать косу Фрише-Нерунг. Тут для меня война кончилась, пришел День победы».  

Из наградного листа Ионова Владимира Владимировича: «В операции по высадке десанта на косу Фриш-Нерунг 26.04.1945 г. старший краснофлотец Ионов, когда на мелком месте забило кингстон забортной воды, что угрожало остановкой мотора, под огнем противника спрыгнул за борт и очистил кингстон, дав возможность этим продолжать операцию. В течение 20 часов в эту операцию старший краснофлотец стоял, не отходя от реверсивной муфты и четкой работой обеспечивал заданные ходы. Товарищ Ионов достоин награждения орденом «Красной Звезды».

Командир 2-го ДБК ЮЗМОР КБФ,  капитан 2 ранга М. Крохин».

После войны дед вернулся в Горький, а потом переехал в Ленинград, где и прожил всю жизнь. Благодаря его невероятной любви к освобожденному городу, для меня он тоже стал второй родиной.

Ионов Владимир Владимирович (05.05.1921 – 25.12.1992)

Елена Пестрикова, внучка Ионова Владимира Владимировича.

Ионов В.В. 1-й слева